Керченский мост достанется Украине – Пономарев

Керченский мост достанется Украине – Пономарев

Украина напрасно возмущается по поводу строительства Керченского моста, ведь, когда аннексированный полуостров будет освобожден, Киев может рассчитывать как минимум на половину этого грандиозного сооружения. Переворот в "ЛНР" застал Кремль врасплох, и ему пришлось в срочном порядке разруливать ситуацию. А Украине следует внимательно изучить этот опыт, чтобы использовать его для возвращения оккупированных территорий. На Минских соглашениях пора ставить крест, а Будапештский меморандум, наоборот, внести в повестку дня.

Об этом и многом другом в интервью "Обозревателю" рассказал российский оппозиционный политик, экс-депутат Госдумы РФ Илья Пономарев.

- 5 декабря была очередная годовщина подписания Будапештского меморандума. Пора ли поставить крест на этом документе? Или при определенных обстоятельствах он еще может "выстрелить"?

- Я считаю, что вместо этого надо поставить крест на Минских соглашениях – безусловно, сыгравших свою позитивную роль с точки зрения остановки активной фазы конфликта, но бесперспективных в будущем. Надо вернуться как раз к тому формату, который был задан Будапештским меморандумом. Тем более что фактически основная страна, которая сейчас помогает Украине – это Соединенные Штаты, участник этого меморандума, а сторона конфликта – Россия – другой участник этого меморандума.

Видео дня

До сих пор идут дискуссии, насколько эта бумага юридически обязывающая, или это просто декларация о намерениях. Вопрос состоит как раз в том: каким образом заставить меморандум работать?

На мой взгляд, самая конструктивная и содержательная идея – это та, которую высказывал второй президент Украины Леонид Кучма. Что Украине следовало бы подать в любой международный суд на стороны-подписанты этого меморандума, выступившие гарантами безопасности и территориальной целостности Украины в обмен на ее разоружение.

И суд таким образом заставит эти страны – и Соединенные Штаты, и Великобританию, и что особенно важно Россию – четко сформулировать свою позицию. Либо они считают этот документ обязывающим, и в таком случае он должен исполняться; либо он для них необязательный в принципе. Тогда Украине надо ставить вопрос о возврате на исходные позиции – пусть Россия передаст выведенное ядерное оружие и все, что с этим связано.

- В Госдуме России зарегистрирован законопроект, который позволяет принимать в состав Вооруженных Сил РФ военных из Южной Осетии. Зачем армии России могут понадобиться южноосетинские бойцы?

- Думаю, что у этого действия, прежде всего, экономический смысл. Россия, по сути, финансирует Южную Осетию, а там колоссальная безработица – людям абсолютно нечего делать. Зато есть горячая и активная кавказская молодежь, которая проявила себя еще в ходе противостояния с Грузией, которое было достаточно продолжительным. Промежуточная точка поставлена лишь в 2008-м.

Илья Пономарев

Набором на военную службу, с одной стороны, решается задача эвакуации этого пассионарного элемента с территории Южной Осетии, а с другой стороны, уменьшается нагрузка на бюджет республики – безработные люди получают какую-то занятость.

Но надо понимать, что общая численность населения Южной Осетии крайне невелика, поэтому никакой погоды для армии это не делает. Хотя, конечно, это еще больше привязывает Южную Осетию к России в плане ее интеграции. Еще больше укрепляет влияние РФ в регионе.

Но, думаю, когда это решение принималось, люди думали прежде всего об экономике, а не о какой-то дополнительной интеграции этой республики в состав Российской Федерации.

- Президент РФ Путин поручил российскому МИДу создать группу для выработки плана по защите россиян за рубежом. С какой целью принимается это решение?

- Прежде всего, я считаю, что любая страна должна защищать своих сограждан, которые попадают в сложное положение. Это не зависит от того, хороший режим в этой стране или плохой. Просто страна должна защищать своих соотечественников. Точка.

До сих пор Россия делала это крайне плохо. У нас по телевизору очень любят говорить: "Мы своих не бросаем", но на самом деле практика была абсолютно противоположная. Я это видел многократно просто как депутат – помогал тем людям, от которых отказались наши консульские службы, посольства и так далее. К сожалению, это действительно было и остается проблемой.

Но что касается конкретного решения, у меня ощущение, что оно принято не во имя защиты интересов рядовых граждан, а во имя защиты интересов Сулеймана Керимова и ему подобных. Соответствующее поручение появилось после того, как во Франции был задержан Керимов. Думаю, что под "гражданами, попавшими в сложное положение", они подразумевают, прежде всего, таких жуликов, которых взяли за выступающие части тела и банковских счетов в других странах мира.

Я считаю, что защищать надо простых граждан, а не олигархов. А если этих олигархов будут судить хоть во Франции, хоть в Соединенных Штатах, это хорошо - лишь бы действительно судили объективно.

- 28 ноября в Киеве состоялась международная конференция по морской безопасности, в которой, в частности, приняла участие посол США в Украине, представители НАТО и американской экспертной среды. Они озвучили ряд громких заявлений по поводу строительства Керченского моста , об опасной ситуации в Керченском проливе и в целом в Черноморском регионе , которую создала Россия. Украину призвали к "ползучему наступлению" в Черном море.

Считаете ли вы, что США смогут сыграть свою роль в вопросе сооружения Керченского моста, в разрешении проблемы с Керченским проливом? Может ли Вашингтон воспрепятствовать строительству моста?

- В вашем вопросе присутствует несколько тем. Тема номер один – это в принципе морская безопасность и военное сотрудничество между США и Украиной.

У США есть свои интересы, свои амбиции и свои задачи и, получив в регионе такого сильного, интересного, стратегически хорошо расположенного союзника, как Украина, они, конечно, стремятся получить максимум от этого сотрудничества, чтобы реализовать свои собственные долгосрочные стратегические задачи. Естественно, они будут всячески побуждать вас укреплять Военно-морские силы, привязывая их к себе тем или иным способом, чтобы получить сильную позицию в том же Черном море и в регионе в целом. Это нормальное поведение большой страны. Украина от этого может только выиграть, потому что, если она будет союзником сильной державы, то ее безопасность, безусловно, улучшится.

Мне кажется, в вашем руководстве все это понимают и используют. То есть это предмет нормального взаимовыгодного сотрудничества.

Что касается отдельно взятой проблемы строительства Керченского моста, то тут я вижу целый ряд противоречий.

Я понимаю, что ваши руководители обеспокоенно просят американцев оказать поддержку в этом вопросе, американцы говорят: "Нам не жалко, почему бы нам Украину не поддержать в этом вопросе".

Но изначальная обеспокоенность украинских руководителей на эту тему заставляет меня думать, что они не очень рассчитывают на то, что Крым вернется в состав Украины. Потому что, если все-таки исходить из того, что он вернется, то если Российская Федерация построит мост и дополнительно инфраструктуру в Крыму, то она, соответственно, достанется Украине. Ничего плохого я в этом для вас не вижу.

Илья Пономарев

Я вижу в этом много плохого для российских граждан – наши налогоплательщики сейчас оплачивают эти геополитические амбиции господина Путина. Я вижу, что в моем Новосибирске мы не можем построить мост через Обь, который давно был запланирован. Я знаю, что в недалекой от нас, в Якутии, нет ни одного моста через реку Лена – огромный регион несколько месяцев в году отрезан от большой земли, туда можно в это время попасть только самолетом.

Эти две большие стройки были запланированы до аннексии Крыма, и обе они остановлены из-за того, что строится этот треклятый Керченский мост.

Почему это не нужно России, я понимаю. Но почему на это так нервно реагирует Украина? Если только из соображений, что Крым оккупирован на крайне продолжительный срок, то тогда факт строительства этого моста притягивает Крым к России, облегчает снабжение Крыма. Но если предположить, что эта проблема будет решаться после смены власти в России, то вам от этого скорее плюс, чем минус.

- Вы намекаете, что Керченский мост может достаться Украине?

- Как минимум, наполовину. Когда будет восстановлена законная ситуация с Крымом.

- Интересно ваше мнение по поводу того, что произошло в "ЛНР". Как будут развиваться события дальше? Повторится ли тот же сценарий и в "ДНР"? Каков план Кремля относительно этих территорий?

- Я думаю, что никакого особенного плана там нет. Как я многократно говорил в разговорах с вашим любимым изданием, эти регионы и люди лишь разменная карта для Кремля. Сейчас Москве важно, чтобы они находились в поле влияния. Но чтобы это было лишь влияние, а не прямое управление, чтобы по возможности не отвечать финансово за всю эту историю, в любой момент ее продать подороже.

Думаю, в ближайшее время статус-кво будет сохраняться. Как минимум до президентских выборов в России Путину не выгодно, чтобы там в принципе хоть что-то изменилось. А дальше процесс торговли возобновится – и по линии миротворцев. И если эти территории будут возвращаться в Украину, то так, чтобы они смогли оказать влияние на электоральный процесс в 2019 году. Есть много вариантов, каким образом это можно использовать, но во всех случаях эти территории – в пассивном залоге, не субъект игры, а объект, пространство для манипуляций.

Что касается смены "власти" и так далее – я думаю, что тот конфликт, который произошел в "ЛНР" – это их сугубо внутренняя история, внутренние причины. Как мне представляется, Кремль всю эту тему проспал, был к ней не готов и в пожарном режиме был вынужден разруливать ситуацию. И вот оказалось, что единственный, кто на самом деле может разрулить тему – это Захарченко, что не очень хорошо с точки зрения репутации всех участников этого процесса.

Мне кажется, Украина должна очень внимательно изучить этот опыт, потому что он подсказывает, как ваша страна может восстановить контроль над этой территорией – провоцируя там внутренние конфликты и используя их в интересах мира.

Тем более, если в "ЛНР" все это более-менее вялотекущее, то в "ДНР" есть более очевидное, давно существующее и ресурсно обеспеченное противостояние.

- Звучат прогнозы о том, что якобы Владимир Путин может не пойти на президентские выборы. Называются разные причины: физическая усталость этого пожилого человека, недовольство им элит, а также необходимость формальной смены власти для снижения внешнеполитической напряженности. Как вы относитесь к таким предположениям?

- Мне кажется, устал он давно, поэтому не случайно давно говорит о "галерах", к которым он прикован. Поэтому я думаю, что у него объективная усталость есть.

Но есть же еще инстинкт самосохранения. Он понимает, что преемник должен быть не просто безукоризненно лоялен к нему, а еще и достаточно силен для того, чтобы эту лояльность обеспечить, чтобы его не постигла судьба Каддафи или Милошевича.

Что будет чем дальше, тем сложнее, учитывая малайзийский Боинг, войну с Украиной, Беслан и все прочее. Чем больше проходит времени, тем ему страшнее уходить.

Но я считаю, что давление есть. Желание как-то прекратить противостояние с Западом у российских элит есть.

Что из этого победит, я не знаю. Я считаю, что с вероятностью 90% Путин, конечно, на выборы пойдет. Но я не отметаю полностью и вероятность того, что он может кого-то отправить вместо себя. Такая вероятность есть, но она не очень большая. Скоро уже все будет ясно, буквально в течение двух недель.